Уважаемые читатели!
Предлагаем Вашему вниманию очерки из цикла «Из записок современного врача» читателя журнала «Я» Дмитрия Казенева, проживающего в настоящее время в Монреале. До того как иммигрировать в Канаду, Дмитрий работал врачом в России.
 Время моего очередного ночного дежурства в терапевтическом отделении городской больницы №15 подходило к концу. Вроде все прошло более-менее спокойно, ночью скорые не приезжали, тяжелобольных не было. В больнице, в основном, находились постоянные клиенты — «хроники». Некоторое беспокойство вызывали больной Сарков, старичок-астматик и Полинова, бабуля, которая уже лет 10 страдает сердечной недостаточностью, но и они в эту ночь медсестру не звали. Утром я уже собирался уходить, как позвонили с приемного отделения и сообщили, что приехала скорая. Я взглянул на часы — было только 7 утра, т.е. мне еще, как минимум, час работать. А это значит, я должен описать больного, поставить диагноз и назначить лечение. Спустившись в приемный покой, я взглянул на прибывшего. Ничего примечательного, с виду обыкновенный алкаш — либо перепил, либо выпил чего-то не того: опухший фейс, туманные глаза и... икота.
— Ну, утро доброе! Сами не спите и другим не даете, — поздоровался я с фельдшером. — Что на сей раз? С каким диагнозом?
— Икота, — с недоумением произнес фельдшер.
— Икота? — переспросил я, — Я такого диагноза не припоминаю. Симптом есть, а диагноз какой?
— У него только икота, — сказал фельдшер.
— И зачем вы мне его привезли?
— Он уже три дня как икает без остановки.
Я начинаю думать, может быть это онкология начала себя проявлять.
— Помогите мне, пожалуйста, я уже не могу так. Ни поспать, ни поесть нормально, — взмолился бедолага.
— Как все началось? — начал я опрашивать поступившего.
— Утром проснулся от икоты. Ну, выпили накануне как обычно, но не много.
— Что конкретно пили?
— Водку.
— Какую?
— Русскую.
— Где покупали?
— В магазине.
— Я Вас направлю на обследование желудка. Пойдете на прием к участковому терапевту — он даст вам направление.
— Но у меня нет сил. Я три дня ничего не ел.
И действительно, выглядел он неважно. Я проверил пульс, прослушал сердце. Вроде ничего опасного.
— На сердце жалуетесь? — решил перепроверить я.
— Да нет, вроде пока без проблем.
В голове у меня мелькнула одна мысль. А что если попробовать его напугать? Вот только как?
— Кем работаете?
— Да у меня свой бизнес. Киоски на рынке держу. Порошки, мыло, шампуни. — что хотите, только помогите, пожалуйста.
Ну что мне было делать. Время дежурства заканчивалось, описывать его и оформлять мне было неохота. К тому же заведующая была бы не в восторге — нет объективных показаний для госпитализации. Пациент нуждался в амбулаторном обследовании и, в случае нахождения чего-то подозрительного, госпитализации в онкологическое отделение. Никак не в терапию.
Тут я вспомнил, что в палате №3 лежит один амбал с пневмонией. Он поступил еще неделю назад. Поначалу он на меня наезжать стал, типа «лечи меня доктор, а не то худо будет». Но у меня уже с такими разговор наладился быстро. Вдоволь наобщавшись с этакими больными, я выработал для них свою схему лечения. Я назначаю пенициллин на физрастворе 8 раз в день внутримышечно. На второй день они все из крутых превращаются в смиренных и покорных пациентов. Хромая после очередной процедуры со слезами на глазах они просят меня поменять лечение на что-то более современное и менее болезненное. Крутизны как не бывало. А сколько счастья, когда я им выписываю таблетки вместо уколов и при этом говорю, что достаточно три таблетки, по таблетке в день. И все... Конечно, это не совсем гуманно и противоречит врачебной этике, но, к сожалению, с такими «субъектами» иначе не получается.
— Слушай, Вася, нужна помощь.
— Че? — высовывая из-под простыни заспанную рожу, спросил Вася.
— Понимаешь, мне там мужика привезли. Он икотой мается уже три дня...
— А я при чем?
— Мне его напугать надо.
— А я при чем?
— Ну, ты же у нас крутой чувак, на Каширинском рынке заправляешь, а у него там киоски. Я его в приемнике оставлю, ты с ним так строго поговори по понятиям, как ты умеешь. Наедь на него, типа он тебе бабки должен. Только, чур, без мордобоя. Мне его надо домой отправить, а не в хирургию. Сделаешь?
— Ладно. Щас спущусь.
Я тем временем пошел собираться на доклад к главврачу. Спустя несколько минут, зайдя в приемное отделение, я увидел бледного от страха «предпринимателя», который спешно собирался.
— Вы куда? — поинтересовался я.
— С-с-спасибо доктор. М-м-мне уже л-л-лучше. Я... п-п-пойду.
— Все в порядке? Вам действительно лучше? Что-то я сомневаюсь. Почему вы теперь заикаетесь?
— Нет, нет в-в-все нормально. С-с-спасибо. Мне надо идти.
— Но вы обязательно должны пойти к своему участковому терапевту на прием и взять направление на гастроскопию.
— Да, да, спасибо. Х-х-хорошо. Об-б-бязательно. Д-д-до свидания.
Я сразу же пошел расспрашивать Васю, не перегнул ли он палку.
— Да он мне в натуре конкретные бабки должен... Икота у него! Я его уже предупреждал, он у меня свои уши сожрет не запивая. В общем, я ему неделю сроку дал.
Да... Полечил нетрадиционными методами: прошла икота, начал заикаться.
Дмитрий Казенев, 2001 год.
|