Вот он и пришел, наш большой и радостный праздник. Праздник Весны, нашего Освобождения от рабства. Гостем, которого с удовольствием ждут, он развернул свои крылья в каждой еврейской семье.

Четыре столетия продолжалась арабская неволя евреев в Египте. Много полезного сделали они для страны, хотя и были евреями. Но египетские власти не ценили этого. Они жестоко расправлялись с евреями, избивали их палками, нагайками. Фараоны стремились выбить из евреев их свободолюбивый дух и, таким образом, превратить их в вечных рабов.

Но евреи восстали против гнета и неволи. Их выступление возглавил Моисей (Моше), который рос и воспитывался в фараоновской семье, но его выкормила своим молоком родная мать-еврейка, которую наняли для ухода за ребенком. Во взрослые годы сердце юноши обливалось кровью, когда он видел, как надсмотрщики издеваются, избивают его одноплеменников. В недавно изданной в Московском издательстве «Вече» книге «100 великих евреев» автор Майкл Шапиро пишет: Моисей был «самым образцовым из древнееврейских пророков и самым влиятельным евреем за всю историю». Далее указывается: «Бегство евреев из Египта было единственным в античные времена удачным восстанием порабощенного народа».

Ох, как фараон не хотел выпустить евреев! Бог наслал на него, его подданных десять казней. Особенно напугала фараона десятая казнь: в каждой египетской семье умирал первенец-сын. Это, возможно, было в отмщение за убийство еврейских детей, которых египтяне убивали и топили в реке Нил. Наконец-то на призыв Моисея к фараону «Отпусти народ мой!» фараон вынужден был вскрикнуть: «Пусть уходят». Но вскоре он передумал и приказал: «Догнать и вернуть их». Евреи успели перейти по сухому дну на восточный берег Красного моря, и вода снова наполнила все вокруг, поглотив египетских солдат.

Быстро убегая, многие евреи не успели напечь хлеба и вынуждены были нести с собой пресное тесто и готовить его на жарком солнце пустыни. Эти пресные хлебца начали называть мацой.

Сорок лет Моисея вел евреев по Синайской пустыне. За это время выросло новое поколение евреев, свободное от рабской покорности и рабского мировоззрения. Но нужна была сила, которая сплотила бы этот народ, чтобы он создал свое государство. Такой идеологической и материальной силой стали десять скрижалей Завета, по которым вот уже много столетий живет Богом избранный еврейский народ. Тогда Всевышний и даровал евреям эту землю, на которой ныне восстановлен Израиль.

В нынешнем году Пейсах начинается вечером 12 апреля праздничной церемонией — Седером. 13 апреля — второй Седер. Заканчивается праздник 20 апреля. В этот день в синагогах читают Искер — поминальную молитву, посвященную умершим родственникам.

С эти праздником в моей памяти связаны лучшие воспоминания детства. С каким нетерпением мы его ожидали, с какой радостью встречали! Подготовка начиналась с изготовления мацы. В нашем небольшом местечке Базалия ее пекли вручную. Почти за месяц до праздника, сразу же после Пурима. 5–6, а то и больше семейств собирались в одном доме и организовывали «толоку» — совместное изготовление мацы. Заранее завозили дрова, расставляли столы. Взрослые месили тесто, деревянными скалками придавали маце необходимую форму, а мы дети, работали с «дрейдлами» — специальными колесиками прокатывали мацу, чтоб в печке она не вздулась. А около печи орудовал опытный пекарь. Работа часто длилась целый день, но почему-то никто не чувствовал усталости. Нам, детям, предлагали идти спать, но мы не хотели отставать от взрослых.

А в канун праздника у нас в доме состоялось маленькое торжество — в очищенный шкафчик ставили праздничную посуду. Целый год она хранилась в специальном уголке дома. И, вот, отец вынимал ее и давал нам, детям, нести ее к шкафчику. С какой гордостью каждый из нас нес свою «койсу» — рюмочку, с которой во время Сейдера будем, как и взрослые, пить вино, изготовленное из изюма. Каждый имел и свою праздничную тарелочку, и мисочку.

Но самым торжественным событием праздника был Сейдер. За праздничным столом, убранным согласно традицией, каждый из нас занимал свое место. С волнением я обращался к отцу с традиционными «Фир кашес» — четырьмя вопросами о причине праздника. И, отвечая мне, отец начинал рассказывать об истории возникновения праздника.

В ходе Сейдера были некоторые, особенно волнующие моменты. Как известно, самый большой из бокалов отец наполнял вином, и говорил, что сейчас должен войти Илья-Пророк и отпить от него. Мы, конечно, его не видели, но внимательно следили за бокалом, когда отец провозглашал соответствующую молитву и открывал двери, приглашая Пророка.

Мама нам, детям, рассказывала интересную историю. Было это в пору ее далекой молодости. В местечке жила семья, в которой мачеха страшно издевалась над падчерицей. Молодежь решила проучить злую мачеху. Один юноша переоделся в белый халат, надел на голову шапку из ваты, приклеил бороду и взял в руку палку. Когда хозяин дома открыл дверь, приглашая Илью-Пророка испить от праздничного вина, этот парень ворвался в дом, и крикнул:

— Нам сверху видно все. Если ты еще будешь обижать бедную сироту, то попрощаешься с жизнью. После этого случая мачеха переменила отношение к своей приемной дочери.

…Во второй половине 30-х годов стало невозможным свободно праздновать Пейсах. И приходилось прибегать к разным уловкам и хитростям, чтобы не попасться.

…Но, не оставались мы без мацы даже в годы войны. Наша семья была эвакуирована в Узбекистан, в город Асаке (Ленинск), Андижанской области. Там отец познакомился с Бухарскими евреями, которые приглашали отца молиться. В послевоенные годы власти области закрыли синагоги, оставив лишь одну — для отвода глаз, на самом севере области. Там пекли мацу и развозили ее по области.