Худощавый мужчина в чёрном костюме вышел у него из-за спины.

— Привет, Ваня,  — усмехнулся незнакомец.

— Вообще-то меня зовут Феликс,  — с подозрением глянул на него старик. Мысленно он при этом перебирал все возможные варианты и причины появления здесь, в закрытом изнутри подвале его домовладения, этого странного субъекта.

— Ну,  при крещении-то у тебя другое имя было. Впрочем, Феликс так Феликс, нам без разницы,  — человек вышел на середину помещения и со скучающим видом потёр носком лакированной чёрной туфли краешек шестиконечной звезды-пентаграммы, старательно нарисованной Феликсом мелом на полу. — Я и не думал, что кто-то до сих пор верит в возможность такого вызова. Хе!

До Феликса начало помаленьку доходить.

— Так значит…

— Умница! — рассмеялся дьявол,  — какой смышлёный старичок! Только неужели ты думаешь, что силу, подобную нашей, можно удержать в каких-то рамках… Тем более, обозначенных мелом?

— Но слова, книги…

— Не больше, чем книги и слова. И всё. — Дьявол удобно устроился прямо в воздухе, как будто развалился в мягком кресле, и даже ногу на ногу закинул. — Однако мы отвлеклись. Как бы там ни было, я здесь, перед тобой, и готов выслушать твоё предложение.

Феликс задумался. Что ни говорите, а не каждый же день с посланцами ада встречаешься, тут следовало быть осторожнее со словами и избегать всяческой неясности в речи.

— Предложение? — переспросил он.

— Ну да. «Сделка», как это обычно в литературе называют. Ты мне — я тебе и всё такое. Итак, твоё предложение?

Внутри у Феликса похолодело. Неужели так просто? Столько лет он стремился к заветной цели, изучил тонны старинных пергаментов, якшался с лжепровидцами и лжемагами, чтобы вот сейчас, потратив несколько минут, достичь желаемого?

— Я хочу бессмертия,  — выдохнул старик. А затем продолжил скороговоркой: — Нормального бессмертия без всяких там закавык вроде превращения из человека в камень или там произведение искусства, здорового человеческого бессмертия, чтобы можно было жить и получать удовольствие от жизни…

— Ага, ага, ага,  — скучающе покивал дьявол. — Что ещё?

Феликс облизнул тонкие губы.

— Ну,  естественно, я бы хотел иметь возможность пользоваться этим… даром на своё усмотрение.

— Само собой… Как насчёт рака? Избавить тебя от него, Ва… э-э-э, Феликс? А то ведь будешь вечно с вечной же болезнью мучаться.

— Рак?!

Дьявол усмехнулся.

— Ну да,  всё по-честному. Ты вот не знал об этом, хотя в твоём возрасте пора бы уже и задуматься. Бессмертие с избавлением от всех возможных и невозможных болезней — как тебе такое уточнение?

— Конечно! И физические повреждения…

— Если тебе оторвёт голову, тут же вырастет новая, абсолютно такая же. Ты не почувствуешь особой боли, и на твоем рассудке или памяти это никак не скажется.

— Было бы здорово…

— Нет проблем, договорились,  — гость лениво зевнул.

— Но… — Феликс снова вспомнил о том, что в беседе с сатаной надо быть повнимательнее со своими словами. — Но ведь должна же быть какая-то хитрость? Что вам надо в обмен?

— Всё то же самое, что и всегда — твоя душа.

— Но как же ты её получишь, если я никогда не умру?

— Да я могу её забрать прямо сейчас, какие дела? Никто ещё не жаловался на отсутствие души, а ты бы меньше верил в сказки про Фауста и прочих. Ерунда это всё.

— Да как же…

— Да просто. Что есть душа? Ты с последними исследованиями в этой области знаком? — Дьявол поднялся со своего невидимого сиденья и принялся рассуждать, бродя по подвалу,  — Душа это аппендикс, человеку вовсе не нужный, тем более тебе. Душа бессмертна, что правда — то правда, но представляет она из себя что-то вроде выжимки. В ней нет ни твоего «я», ни твоей памяти, ни твоих чувств, она просто перерождается из одной оболочки в другую. На самом деле,  — он многозначительно поднял указательный палец,  — души представляют для наших организаций интерес сугубо как своего рода валюта. Согласно принятой традиции, все дела между низом и верхом решаются на основании определённых операций с душами. Вам же, людям, на это абсолютно наплевать, ведь вам неинтересно, что происходит с вашими членами, если их ампутирует хирург?

— То есть, эта вечная жизнь…

— Правильно! Не зависит от твоей души! Ты будешь одним из немногих, кто реально бессмертен, в отличие от тысяч фанатиков, надеющихся на мифическое возрождение после смерти и не осознающих, что возрождены будут не они сами, а их души, очень и очень слабо связанные с их личностным «я».

Феликс несколько минут молчал.

— А кто ещё?.. — наконец спросил он,  уже почти решившись.

— Есть несколько человек. Но думаю, с каждым годом таких будет всё больше, благодаря интеллектуальному росту масс. Итак, твоё решение?..

— А,  ладно! По рукам,  — кивнул старик,  — если всё действительно как ты говоришь…

— Не сомневайся. Репутацию нам подпортили идеологи средних веков и Возрождения, но на самом деле организация дает стопроцентную гарантию выполнения своих обязательств. Дело за малым — сейчас я заберу твою душу.

— Всё-таки непривычно как-то…

— Не надо бояться, это совсем не больно. Оп! Вот и она,  — в руках у дьявола появилась небольшая пробирка с какой-то мутной жидкостью. — Несколько граммов твоей души. Не чувствуешь себя легче?

Феликс прислушался к внутренним ощущениям организма.

— Да вроде нет.

— Что и требовалось доказать. Я ж говорю: аппендикс. Ну,  бывай! — человек в чёрном подмигнул и исчез.

…Спустя несколько лет помолодевший и окрепший физически Феликс, в освещённом флуоресцентными лампами подвале своего нового роскошного дома в поте лица пытался повторить комбинацию с пентаграммой и заклинаниями.

— В чё м дело? — немного раздражённо поинтересовался у него дьявол, возникнув откуда-то сбоку.

Феликс рванулся к нему, норовя схватить мускулистыми руками за грудки.

— Обман! Что ты сделал со мной?! Мне так плохо!

— О чём ты,  Ваня? Прости, запамятовал… О чём ты,  Феликс?

— Меня сосёт, гложет, мучает!..

— Мучает что? У тебя что-то болит? Руки, ноги, или сердце пошаливает?

— Да нет же!.. Не знаю, что.

— И я не знаю. Прекрасно выглядишь, не болеешь, недомоганий нет. Что тебе мешает наслаждаться жизнью, не понимаю.

— Душа!

Дьявол выглядел озадаченным.

— Какая душа? Её у тебя давным-давно уже нет, приятель.

— Но она же болит! Я же чувствую!

— Подожди, счас посмотрим… — дьявол прикрыл глаза на мгновение. А когда открыл их вновь, его губы растянулись в улыбке. — Даже не знаю, что тебе и сказать…

— Правду! На этот раз — правду!

— Да я тебе никогда и не врал. Изучив кое-какую медицинскую информацию, могу только лишь высказать предположение, к нашему делу отношения не имеющее никакого…

— Говори!

Дьявол растерянно почесал затылок.

— Ну,  видишь ли, души у тебя нет, как мы и договаривались. Если помнишь, я её успешно тебе ампутировал.

— Но что же тогда?..

— Странный феномен! Не более, чем случайность: то,  что ты испытываешь, называется «фантомные боли».

— Как это?

— Бывает, что человек теряет ногу или руку, но ему кажется, что они у него есть, он чувствует, как удалённый орган болит, слышал о таком? Вот и у тебя душа болит, как тебе кажется, хотя её у тебя уже и нет.

— Чёрт! — выругался Феликс.

— Дьявол,  — поправил его собеседник. — В общем, согласись, предусмотреть такое невозможно. И в любом случае тут я уже тебе ничем не могу помочь. Быть может, со временем эти боли исчезнут сами по себе… хотя вряд ли.

И он растаял.

Испытывая чувство невероятной горечи и опустошения, Феликс поднялся в дом. Роскошная обстановка, дорогая аппаратура, мебель, картины на стенах — ничто не радовало его. Ему было тошно и горько, и даже покончить жизнь самоубийством он теперь не мог, как бы ему этого ни хотелось. Он думал о детях, которые веселятся, не зная беды, о законах мироздания, странных и несправедливых. Душа, которой у него уже не было, отчаянно болела.

И впереди его ждала Вечность….

Сочи, Россия